После ночной атаки беспилотников в Туапсе продолжают тушение пожара на нефтеперерабатывающем заводе. На место прибыл министр МЧС, число спасателей увеличили с 160 до 312 человек, ведётся локализация разлива и очистка побережья.
Юрий Трутнев заявил, что в одном из магазинов Чукотки килограмм яблок стоил около 1 000 рублей, а отдельные плоды — до 300 рублей; он потребовал объяснений у профильного министра и напомнил о законе о «северном завозе».
Юрист Никита Сорокин рассказал, что из полиции звонили с требованием явиться для составления протокола и угрожали принудительной доставкой и обвинением в неповиновении; против него также возбуждены административные дела о «дискредитации» армии.
Суд признал молодого человека виновным в диверсии после поджогов оборудования сотовой связи; ему назначили восьмилетний срок, изъяли деньги и телефон.
За неделю почти 1,4 тысячи аккаунтов оставили свыше пяти тысяч комментариев под публикациями о нападениях беспилотников на нефтяную инфраструктуру в Туапсе. Активность включает дезинформацию, минимизацию последствий и похвалу служб экстренного реагирования.
В Актюбинском районе Казахстана обнаружены фрагменты, похожие на беспилотник. В российском Орске рядом с границей зафиксирована попытка атаки на нефтеперерабатывающий завод — четыре БПЛА были сбиты, пострадавших нет.
Анализ финансовых документов показывает, что через номиналов и платежных агентов с привязкой к ПСБ проходили крупные перечисления за рубеж. В расследовании названы взаимосвязанные фирмы и участники схем, включая криптосервис и биржу, связанных с влиятельными бизнесменами.
После совещания по правопорядку при участии губернатора планы по рассылке приглашений на празднование 9 Мая в Петербурге значительно изменили: число приглашений на Дворцовую площадь резко сократили, а решение по очному «Бессмертному полку» ещё не принято.
Рост расходов, в том числе потери от операций в иностранной валюте и увеличение налога на прибыль, сократили чистую прибыль биржи при одновременном росте операционных доходов и активности инвесторов.
Крупные сети одежды и электроники сокращают торговые площади, открывают небольшие магазины и усиливают пункты выдачи: так ритейлеры адаптируются к снижению покупательной способности и росту издержек.
