Курский гарнизонный военный суд приговорил двух заместителей командира воинской части к пяти и шести годам колонии за вымогательство премий у подчинённых военнослужащих, начисленных за участие в СВО.
В одной из больниц Махачкалы мужчина с ножом напал на медиков: травмы получили травматолог и хирург, оба находятся в реанимации, один — в тяжёлом состоянии.
Крупное издательство отвергло сообщения о конфискации тиражей с ЛГБТ‑контентом и сообщило о десятках тысяч внутренних проверок, изъятии части книг из продажи и задержаниях руководства по делу об экстремистской деятельности.
Четверо участников сообщества «Алый лебедь» перестали выходить на связь 18 апреля. Одну из них, Софию Чепик, арестовали на 15 суток по обвинению в мелком хулиганстве, хотя сама она утверждает, что в момент правонарушения находилась дома.
Ко Дню Победы по всей стране раздают георгиевские ленточки. После ужесточения законодательства за их «осквернение» можно получить крупный штраф или реальный срок по статье о реабилитации нацизма.
Дипломаты Эстонии, Латвии, Литвы и Польши выразили решительный протест из‑за демонтажа памятников в Сквере памяти жертв политических репрессий в Томске и потребовали вернуть места памяти.
Ломоносовский районный суд Архангельска назначил юрисконсульту профсоюза моряков штраф 20 тысяч рублей по статье о сотрудничестве с «нежелательной» организацией из‑за использования бланков и электронных членских билетов с упоминанием Международной федерации транспортных рабочих.
Российский суд приговорил фигурантов дела «херсонской девятки» к срокам от 14 до 20 лет. Их задержали в оккупированном Херсоне летом 2022 года, два месяца держали в подвале, подвергали пыткам и заставляли подписывать признания, которые легли в основу приговора.
Блогер Виктория Боня заявила, что согласилась прийти на прямой эфир с телеведущим Владимиром Соловьёвым и рассчитывает, что он публично извинится за свои высказывания в адрес женщин её возраста.
Защитник Ивана Благодатских, обвиняемого в покушении на теракт и вовлечении в терроризм, заявил в суде, что инкриминируемая ему переписка о поджоге военкомата в Ростове‑на‑Дону отсутствует на его телефоне, а лингвистическая экспертиза проведена по фразе неизвестного происхождения.
