Пенсионерку из Сыктывкара приговорили к 9 годам за финансирование признанного террористическим движения
Судья 1‑го Западного окружного суда в Петербурге Алексей Ольмезов приговорил 54‑летнюю Ирину Машкалеву к 9 годам колонии общего режима по части 1.1 статьи 205.1 УК РФ. Также суд назначил штраф в размере 300 000 рублей.
Прокурор просил для подсудимой 10 лет колонии и штраф 200 000 рублей.
Обстоятельства дела
По версии обвинения, с 2021 по 2024 годы через сервис DonationAlerts были перечислены пожертвования на общую сумму 22 425,16 рублей в адрес движения «Народовластие» (ранее — «Артподготовка», признанного террористическим в 2020 году).
В материалах дела указано, что в рамках оперативно‑разыскных мероприятий оперуполномоченный изучал телеграм‑канал Вячеслава Мальцева «Революция» и выявил публикации со ссылками на сбор пожертвований.
Машкалева в суде настаивала, что переводы совершала не она: по её словам, она трижды теряла банковскую карту и замечала по ночам списания небольших сумм, карту приходилось восстанавливать. По делу представлены банковские справки, которые такие объяснения, по материалам, не подтвердили.
Подсудимая заявляла, что не знает ни «Артподготовки», ни «Народовластия», и из известных ей людей фамилию Мальцев носит только сосед.
Машкалева находится в СИЗО с 16 января, на одном из заседаний она участвовала по видеосвязи из Сыктывкарского городского суда.
Показания родственников и последнее слово
Во время следственных действий мать и сын подсудимой сначала давали показания о её «протестных и революционных» взглядах, поддержке ряда оппозиционных фигур и интересе к холодному оружию; позже в суде оба отказались от ранее данных показаний.
Сын заявил, что оговорил мать из‑за «натянутых отношений». Мать подсудимой рассказала, что во время допроса была в «невменяемом состоянии» и злилась из‑за того, что в квартиру вломились силовики.
Сама Машкалева подтвердила наличие напряжённых отношений с родственниками, заявила, что коллекция ножей — хобби с детства и «не имеет отношения к делу», а также сообщила, что после начала войны потеряла связь с некоторыми родственниками в Украине. Вину она не признала и просила оправдать.
